Феномен грустного подъезда: Почему люди любят жечь кнопки, мусорить и разрушать общественные места?

Автор: Анна Ахмурадова

Жженые кнопки лифта, рисунки на почтовых ящиках и разбитые окна на лестничной клетке — каждый встречался с постсоветским подъездом. А может быть и в советское время тоже было так? Кто виноват? Редакция Smogmag решила заглянуть в глубины человеческого характера и узнать, почему люди любят разрушать общественные пространства. Мы пообщалась с экспертами и выявили несколько источников так называемого "феномена грустного подъезда".

Конечно, во многом жильцы сами виноваты в том, что выбрасывают мусор где придется, топчут газоны в скверах и паркуются в неположенных местах. Все эти вещи можно свести на менталитет, но на самом деле не все так просто. Главную роль в подобном "вандализме" играет город и среда, которая окружает человека. 

Уровень благоустройства территории

Роман Капенкин

архитектор и сооснователь Клуба Молодых Архитекторов Саратова

«Если во дворах, парках и скверах неграмотно проложены тропинки, то люди начинают срезать свой путь по открытому грунту. Удобная и грамотно спроектированная пешеходная сеть не будет допускать того, чтобы газоны были вытоптаны. Также и с подъездами: хорошо благоустроенная среда, где есть стеклянные входные группы в подъезды и достаточно освещения, будет способствовать снижению маргинальности в этом районе и повышению комфорта горожан»

И действительно, при Советском союзе делались прозрачные входы, но в конце 90-х годов их стали закрывать, устанавливали металлические двери. И теперь мимо проходящий человек попросту не может увидеть, что за ними происходит. Такая огорожденность и скрытность провоцирует рост преступности и вандализма: вошел в темный подъезд, тебя ударили и ограбили, а ты в темноте даже не смог опознать человека.

Увеличение этажности зданий

Вторая причина подъездного вандализма кроется в увеличении этажности домов. В 50-е годы распространены были в основном двухэтажные жилые здания, но уже в следующее десятилетие в Саратове появились привычные нам пятиэтажки. Сначала все дворы были как своеобразные закрытые сообщества, где нельзя было пакостить и разрушать. Ведь какой смысл портить свое? 

Но с появлением более высоких, 18-ти или даже 25-ти этажных домов ситуация сильно изменилась - вроде бы общая подъездная территория стала ощущаться совершенно чужой для такого количества жильцов. А значит, ушло и особое желание ее беречь.

Антон Богнер

архитектор и

основатель движения Urban Patrul

«В пятиэтажках без лифтов гораздо меньше вандализма. Там просто упрощен процесс социализации: меньше людей и единая лестничная клетка, которая неминуемо приведет к знакомству. Людям рано или поздно становится интересно узнать, кто живет по соседству. Или, к примеру, тебе может не понравиться, как новый жилец паркует машину. И конечно, ты захочешь ему об этом сказать, если столкнешься с ним на лестнице»

Желание выплеснуть агрессию

Ну и, наконец, третья версия касается именно психологической составляющей. Грязь, мусор и разруха давят на жителей, они ищут способы выместить злобу и начинают заниматься вандализмом. К тому же, часто в таких случаях сложно выявить нарушителя и предать его общественному суду. Поэтому такой "подъездный вандализм" в большинстве случаев остается безнаказанным.

Денис Жабкин

краевед, общественный деятель

«Дети вообще не воспринимают общественное пространство, как нечто свое, что нужно поддерживать в порядке. Особенно теперь, когда массово начали строиться многоэтажки, у людей в принципе теряется ощущение "общего дома". Они воспринимают только свою квартиру, а подъезд – уже как нечто чужое, к чему не нужно относиться с бережностью. К тому же, в 90-е был развит бандитизм, у родителей в такое тяжелое время не было возможности пристально следить за детьми. Вот они и искали себе развлечения»